Из плена

Мелькают лица, мелькают люди,
наверно, я для них — кость на блюде.
Но лишь покажут, тотчас уносят
красивой горкой на блюде кости.

Судьба такая меня достала —
«Идите влево, идите вправо.
Вот тут постойте, вот здесь садитесь.
Да, неудобства, уж не сердитесь.»

Я ввысь, мечтаю, свободной птицей,
Не может долго управство длиться!
Душа свободна, но тело стонет —
оковы давят тяжелой тонной.

Оковы эти не видно глазом:
законы мира, его указы.
Но есть и Слово — превыше мира,
сильней предательского Зла кумира.

Хоть жизнь глодала, хоть жизнь и била,
за Словом правда, за Словом сила.
Она направил, она поддержит.
В кромешной тьме вдруг и свет забрезжит.

Зв Словом к Богу пойду я смело,
свободным буду, как мне хотелось.
Не будет мир для меня указом,
В Армагеддоне он рухнет разом.

И рай настанет, я верю свято,
болезни, горе уйдут куда-то.
Со львом гривастым жить буду рядом
и наслаждаться вновь райским садом.